Зуров

1. Ф.И.О.:
 Зуров Яков Константинович 

2. Группировка:
 Одиночки

3. Биография
 Яков родился в обеспеченной семье. Отец — электрик, мать — бухгалтер, есть старший брат. В возрасте 6-ти лет Яков пошел в школу, учился выше среднего, с коллективом ладил, когда подрос стал ездить с отцом на охоту. Закончив 11 классов поступает в университет в Киеве на инженера-строителя, со сроком обучения 4-года, где пробует все перлести студенческой жизни(пьянки, наркотики, пересдачи). Первые два курса живёт в общежитии, остальные два на квартире. Отлично заканчивает первые 3 курса, на четвертом пробует себя в роли «закладчика». Защитив и отметив диплом, он решает завязать со своей подработкой сходив на дело последний раз. Но поскольку в этот день он был пьян, он ведет себя не аккуратно и его едва не ловят с поличным. Чуть позже от поимки его спасло только то, что по удачному стечению обстоятельств он пришел в квартиру уже после того как туда зарвался «БЕРКУТ» с обыском, и поэтому ему удалось скрыться. Не желая сесть на долго за решетку, он собирает все свои заработанные наличные(которые конечно же, не хранил на квартире), и с помощью знакомых покупает себе все необходимое и отправляется нелегально в зону.
 По темпераменту — меланхолик-интроверт, склонен к самокопанием, софизму и философствованию, привык опираться на логику. Неразговорчив, замкнут, угрюм, говорить предпочитает по большей части только по делу (хоть иногда и может разговориться, особенно под градусом), атеист, презирает благотворительность. Недоверчив, упрям, привык отвечать только за себя, способен на подлость и предательство если того потребуют обстоятельства. Любит юмор(особенно чёрный) и сарказм, легко врет. Своё слово предпочитает держать, но при некоторых обстоятельствах может его нарушить. Очень циничен, чувство вины ему не свойственно, и хоть людей ему убивать еще не приходилось, он способен легко убить. Может помочь если это в его силах, но потом обычно ждет услуги в ответ. Самопожертвование ему не свойственно, но друзей не бросает даже в самых критичных ситуациях. Не мстительный, но злопамятный. Ведет себя обычно спокойно и тихо, не имеет проблем если нужно наладить кем-нибудь отношения или влиться в коллектив, легко заводит друзей, но любит быть один. Немного расист — с пренебрежением относится к небелым национальностям. Имеет вредные привычки такие как: курит, не прочь выпить и покурить травки. Обладает быстрой, сбивчивой и невнятной речью
Сильные стороны: Умеет совладать со своим страхом, может сохранять невозмутимость и не поддаваться панике в трудных ситуациях, неконфликтный, настойчивый, терпелив, осторожен.
Слабые стороны: Не умеет совладать со своими страстями, плохой руководитель.
Страхи: смерти, укусов, ограничения свободы.
Навыки: метко стреляет из ружья, умеет готовит, может оказать первую помощь, имеет техническое образование, любит играть в шахматы и шашки, начитан.

4. Внешность/пол/возраст/вес/рост:
Рост — 185 см.
Цвет волос и прическа — светлые волосы, короткая стрижка.
Цвет глаз — голубой.
Цвет кожи — белый цвет.
Телосложение — спортивное.
Особые приметы — на носу есть горбинка которую Яков получил в одной из драк в детстве.
Возраст: 23 года (27.03.1996)
Вес: 80 кг
Пол: Мужской
5. Снаряжение (одежда, оружие, личные вещи):
 Обрез ТОЗ-34, 30 патрон 12*70 дробь, нож, фонарик, бинокль, 10 консерв, 2-е буханки хлеба, сигареты, зажигалка, бутылка водки, фляга с водой, костюм горный ветрозащитный, берцы, походный рюкзак, счетчик гейгера, 3 армейские аптечки, 5 бинтов, 1000$.
1

лунатики

есть ночная игра. для тех у кого нервишки в поряде.

рубимся когда командир спит. она простенькая — орел-решка. проигравшие остаются на базе, выигравшие идут в ночное. без автоматов, рюкзаков, курток, химзащиты, фонарей, счетчиков гейгера… с собой только рубаха, портки, ботинки и нож. можно два.

мы идем умирать. снаряжение оставляем братьям — живым вещи нужней чем мертвецам. обратно редко кто возвращается. да и кому придет в голову вернуться, когда зона открывается настежь. я воротился два раза. меня избегают. считают, верно, мутантом или просто мразью, который завел парней на смерть. я не избегаю осуждающих взглядов, хоть мне и нечего сказать в ответ. мы все теряем друзей и братьев. никто не лучше другого. и я однажды не приду из вязкого холода. чтобы смог вернутся другой. тот, кого ждут.

а на мне кандалов ожиданий не висит. я ухожу легко, как в воду. как зверь в ночной лес, разрезая темноту краем тела. есть в здешних сумраках особая певучая сила кошмара. кто слышит, теряет себя. и многие не возвращаются поэтому. я видел как один парень вскрыл яремную вену на границе, недалеко у ворот. что показала ему зона — не знаю. знаю лишь, что часто о том думаю. ловлю себя на шершавых мыслях. в такие моменты перестаю крутить нож в пальцах. прячу обратно в чехол и пытаюсь занять себя другим. командир говорит — я хуже заразы. на меня смотрят как на прокаженного. а я вспоминаю звуки ночной припяти. шепот псевдоплотей среди черноты кажется голосами демонов, предсказывающими судьбу.

где-то глубоко внутри мне больно. так глубоко, что я забываю что такое боль. так долго, что не помню жизни без нее и момента когда её не чуял. когда она утухает — качаю как младенца. истерзанного, испохабленного, издерганного, вываланданного в грязи и порваного кирзачами. бесконечный извращенный мазохизм осла, расковыривающего шилом успевшую зажить рану. готовый зубами сдирать струпья, лишь бы кровь не остановилась. но «этому» и без моей шизофрении затянуться не дадут. с утра, слыша казарменный «подьем!» первым делом хватаюсь за тесак и вспоминаю шевелящуюся черноту кустов. когда-то мир состоял не только из пустоты и ожиданий. не только из сонного дыхания соседей по койкам и гулких аккордов ночи. знаете, раньше мне часто снилось небо в звездах. полеты. бег. теперь — звериный рев отовсюду сразу. я подскакиваю с криком; натыкаюсь на хмурые заспанные лица и ложусь обратно. держусь начеку. напрочь забыв об автомате. превратив нож в подобие руки.

я перестал жить.

я — жду.

этой ночью всплыла луна. наши зашевелились. даже те, кто сговаривался меня из-за угла зарезать. ночью у людей и зоны слепые глаза. согреться бы в спальнике, да к теплу не тянет. так, воспоминание.

озираясь что воры, мы засели в подвале. запалили керосинку и каждый, как пропащий игрок, зажимал монету в кулаке. у соседа справа лихорадочно дергались губы. он сам не знал чего хотел больше, выиграть или остаться. пусть остается. пусть живет. это я, тронутый заразой, ни к чему не пригоден. меня ждут поля и леса. ждет чернота за стенами. как тонкий мост по которому дико пройтись. не чувствую гвоздя в темени. зато вижу в себе людей которых давно нет. и вокруг. тоже их вижу. людей, которые не знают что их уже нет. хочу проглотить кости ветра. и пусть выходят из легких уродливыми пальцами. после первой ночи в Зоне и так иглою к игле пригвожден. почему остальные хотят испытать то же? извращенный идиотизм — вот мое мнение. человек добровольно идет на мучения только снедаемый скукой. здесь нет речи о жертвенности. хотя и о ней можно сказать — собою жертвуют во имя себя. не за спокойной же жизнью авантюристы сюда пёрли.

тшшшш… слышите?.. стены поют.
и сам воздух — персидская сказка. схожу с ума. красиво. пританцовывая.
закусываю губы едва жмурясь от удовольствия и раздуваю ноздри.
я — дышу!
я — живу!
яяяяяяяя… о, как меня много. вижу себя на каждой стене и всех углах сразу.

монеты полетели по полу. мы били их о бетон размахнувшись, с остервенением, посылая кабацкие проклятия своей бестолковой жизни. кто прижал ладонью катящуюся черную метку. кто раздавил берцем со всей дури. юг, мой бывший напарник, чакал зубами когда светил под ногами в поисках серебреника. он давно перестал со мной разговаривать; я тогда впервые возвратился. пространство изогнулось веером когда он вчера обернулся ко мне в столовой. и я постиг — этот человек придёт под ночь. нынче ему — понять хитросплетения странностей.

потираю виски. кутаю обескровленное лицо в капюшон. бандиты молодцы — под балаклавой ни черта не увидать как тебя изуродовала матушка зона. но я и по глазам пойму. некоторые сразу выкупают мусоров или наркоманов, как я — отравленных безымянным.

я не тороплюсь.

я знаю, здесь любой вопросительный знак сворачивается в точку. я получу все что мне нужно. даже если не ведаю что это. даже если не выражу желание словами. не облеку опаскуженными поступками. этой ночью будет много дерьма. этой ночью оно уже произошло. время трещит, разваливаясь. короткий свист зовет наружу. я стряхиваю на пол мысли, а за ними — шмот который не понадобится. как перед прыжком в реку. выскальзываю наружу последним. кругом в беспорядке валяются вещи… вчуже похоже на то как если бы нас уводили на расстрел. но мы идем сами. без понуждений.

я крадусь в хвосте.

я — водящий

3

анкета дегенерата

фио — костян. смешно, но ни фамилии, ни отчества вспомнить уже не может

погремуха — дегенерат

возраст — 19 лет

Деятельность: бандитский пахан, скотобаза и урод

Снаряжение:
1. дырявые берцы хер пойми какой фирмы (сняты с трупа взамен развалившихся)
2. драные черные джинсы
3. черный кожаный куртан с грязным прожженым плечом об которое часто тушили хабарики
4. потные носки
5. длинный растянутый свитер армейского образца
6. изрядно потертые перчи с отрезанными пальцами
7. ПДАшник в кармане джинсов
8. зеленая арафатка болтается на шее
9. самодельная набедренная разгрузка из баллистического нейлона на правое копыто, с кобурой и парой подсумков
10. вокруг запястья намотан трос паракорда
11. зажигалка с сигаретами
12. налокотники из неопрена

балаклаву на хохотальнике не носит потому шо его и так все узнают стоит только пасть раззявить

Огнестрельное оружие: Magnum 44 с 6,5 дюймовым стволом + 4 экстрактора для извлечения гильз с 6-ю патронами (стреляющая гавнина досталась по наследству от предыдущего пахана). таскает в кобуре на правом копыте. экстракторы с патронами в подсумках

Вспомогательное оружие: окаменевший батон хлеба которым бандит люто забил насмерть троих сталкеров, одну крысу и стаю ворон, ловко метнув его в середину галдящей кучи. шутка

Холодное оружие: штык-нож с основным полусерейторным лезвием и полным серейтором на обратной стороне клинка — сделан на заказ в подарок пахану от братвы за то что не зассал и не припездырь. ножны для сажала захуячены из литого полимера с поворотным адаптером, всвязи с чем бандос таскает его пикой вверх на ремнях через плечо. рукоять запилена из армированного стекловолокном литого нейлона с текстурой в форме треугольников; это обеспечивает крепкий хват на случай если сраный алкаш расхуячит водку и у него от волнения вспотеют ладони. второй пырик, кинжального типа, покоится за голенищем сапога в тонких ножнах. в карманах куртана валяется несколько заточенных самодельных стальных пластин в форме рыбок в кожаных чехлах

Дополнительное снаряжение: рюкзак в котором болтается фляжка с водярой, сухпаек, аптечка собранная Кальмуцким, пучки трав чтоб чай заваривать, курительная трубка, мешок с махоркой. тяжелый фонарь-дубина. детектор велес. мультифункциональный инструмент. много разной бурды, которую пахан бездумно собирает в рюкзак, потом перебирает в моменты уединения

Внешние данные: невысокий, бледный, черноволосый. худощав. рост примерно 170 см., вес около 60 кг. глаза зеленые с желтым ободом вокруг зрачка. волосы всклокоченные, длинные, неровно обрезанные. пытается убирать их в хвост, но помогает мало. незаживающие порезы на лице изза того что пользует нож вместо бритвы. и как следствие — частое появление гнойников с прыщами, которые он выковыривает тем же ножом, примостившись у осколка стекла. имаются три татуровки: одна на ладони левой руки, вторая на ее же тыльной стороне, третья на правой корявке с внутренней стороне предплечья. т.к. рукава натягивает по самые пальцы, рассмотреть че нарисовано не представляется возможным. в губах пирса которую часто жует.

Интересы: любит ржать, рассказывать дурацкие истории, бухать, шляться. часто забывает где ночевал, выходя наружу. постоянно проигрывает в карты. чхает биясь башкой о стену. подбирает хабарики с земли и дарит знакомым, а знакомые стараются не встречаться с ним на одной дороге. жует бритвы и режет язык, потом плюется кровью и хихикает. грызет пальцы. глотает насмешки. редко ищет компанию, компания чаще сама находит его, хотя его же при этом и стремаются. везде чувствует себя дома. мало спит. ходит шутом по проволоке. часто забывает слова.

История прибытия: родился так давно, что уже не мог вспомнить как это было. в детстве был предоставлен сам себе, потому сам же своим воспитанием и занялся. выгодно отличался от друзей скромностью, сдержанностью, добротой, легким уживчивым характером и манерами как у лорда. а еще тяжким количеством пиздежа на квадратный метр. изза чересчур большой неопытности и наивности постоянно попадал в наидерьмовые истории. из тех самых, которыми не стоит хвастаться даже подонкам общества. когда сраному висельнику надоело портняжить с дубовой иглой, грызть подоконники и дергачить 32-х разбойников, он подался не в те поля — заделал вглухую одного жоржа во время дележа после шарашки. кончилось все сочным добром — бывшие подельники расканителили ему витрину, доперли до зоны отчуждения и сказали валить пока прямо тут не писанули. пацану два раза повторять не пришлось. брызнул копытами на шальную, пока в девятку не попал. с тех пор и мыкается по чзо

История персонажа: в зоне не словил чубайса только благодаря вмешательству шпака со свободы по имени казак. он сразу признал в костяне бандита, хотя тот еще не состоял ни в одной группировке. видно ломанул векселя с того что парень чухал без нашивок. некоторое время гоняли на складку в две тыквы, пока не замочили ноги и не разбежались. дег долго караулками не блымал. надыбал законного каина в одной корчме. тот дал цинк где кочевых гвоздарей шукать. пацан явился к ним бацильный и чумарый как падаль, но попал в обойму. как сказал шо желает шарашить всю дорогу, так на зимовку и взяли. долго корячил из себя балахманного побродяжку, пока остальные держали фасон. погремуху дегенерата он оторвал у наемника крюка. а дальше кривая да нелегкая свела с бандюгой раком. дорогу к канавам в которых они найтовали, можно было найти по ампулам с под водяры. прочих босяков дегер перестал буториться только когда рак кони шаркнул.

пахан их, храмой, чемодан был рослый, с бритой шилом харей. любил тыняться как алеха боханский, трясти доходяг и сворачивать кровь долгарям. однажды маякнул дегеру что пора рвать когти на мясню. тот недолго язвы пялил, отправился с бугром ломать тальяну. вдвояка скрали одного пижончика, заволокли за железку чтоб балда не спалил. пару блядев с ширмана и хураебки пассажир отдал сразу, но храмому было мало, потребовал ткнуть цырлами в запичужник. бельмондо тот гаркнул шо его на аннушку не взять. ну, дегенерат файку выплюнул и поздравил в макитру арматуриной. упасть не дал — зацепил за ботву, поставив на колени. и пошел фраерок вывозить за всю блевотину. сначала храмой с пыру в пузо накидал. с силой, от души. тот колешками по полу стучал и хрипел, аж зубы вспотели. наконец сломался, рассказал че требовали. храмой махнул дегеру цаплей. бандос понял по своему — вставил сталкеру пику меж шнифтом и нижним веком. пика была тупая как его лобешник, поэтому прожектор он шмураку просто нахер выдрал что ложкой; тот повис на глазном нерве ниже щеки. парень орал точно душу выскоблили. дег пнул его в спину; тот шваркнулся на четыре кости. бандюги увинтили поперед поросячьего визгу до самой затырки, а дегенерат стал советником храмого.

с тех пор утекло до херища водки. храмой ухрял на большую землю когда пошли тяжкие барагозы с долгом (оставив шлоебень на попечение дегера, жертва кипиша сьеблась). тот, став паханом шайки, не знал чем заняться и бичевал с босяками по всей матушке зоне. пока вникали в стаканы, да рвали шерсть на собаках, подвалил атаман свободы скинув им с плеча темную долину. а дальше гена крокодил чутка перехватил — на башку пахану свалилась наемницкая морда в виде пса. тот обрадовался мерку как выпивке. советник дегенерата, маркграф, сказал надо голова дыра вертеть, мозга лить, но проще было угомонить буйнопомешанных, вот бляхуй в натуре. с тех пор в х-18 завелись очкарики, которых псятина приволок на учкуре (шутка). люди они были безобидные как рваные гандоны, но умные. столько всего успели придумать что настомудели половине чзо. а когда сдуру завели мутантов в подвалах лабы, так не жизнь а чешежопица настала. дел с бандитами теперь никто не имеет, потому шо от них голый шухер один (да и раньше не имели, кроме дверью прихлопнутых). кроме заказчика-немца с большой земли. но там дядя штиповой, сам брюхо вспорет и на голый ливер печать поставит мявкнуть не успеешь.

так оно все и есть. хуем клянусь

3